Верховный Суд РФ вынес Определение по делу № 5-КГ25-32-К2, в котором указал, в каком случае подаренная без нотариального удостоверения доля квартиры подлежит исключению из наследственной массы после смерти дарителя, несмотря на отсутствие регистрации перехода права собственности в ЕГРН.

С 2004 г. ФИО1 и ФИО2 состояли в фактических брачных отношениях: вместе проживали, вели совместное хозяйство, быт, заботились друг о друге как близкие люди, фактически проживали как семья. В 2014 г. ФИО2 приобрел квартиру, которую впоследствии сдавал, а полученную арендную плату вкладывал в ведение общего с ФИО1 хозяйства. Большую часть времени он и ФИО1 проживали на ее даче или в ее квартире.

8 марта 2022 г. ФИО2 и ФИО1 заключили в простой письменной форме договор дарения, согласно которому мужчина подарил ей долю в размере 50% (т.е. 1/2) в принадлежащей ему по праву собственности квартире. В договоре стороны отметили, что действуют в здравом уме и твердой памяти, а также что ФИО1 является «гражданской женой» дарителя, поскольку тот считал ее своей женой. Договор был фактически исполнен сторонами, ФИО1 с момента его заключения пользуется долей в квартире на правах собственности, поддерживает жилое помещение в надлежащем состоянии, оплачивает коммунальные услуги, имеет ключи от квартиры.

9 апреля 2022 г. ФИО2 внезапно умер после непродолжительной болезни. Стороны договора не успели подать в Росреестр документы для регистрации перехода права собственности на 1/2 квартиры. После смерти ФИО2 ФИО1 продолжает осуществлять в отношении квартиры все права как сособственник 1/2: оплачивает квитанции за коммунальные услуги, следит за поддержанием квартиры в надлежащем состоянии.

Наследником умершего по закону является его отец – ФИО3, который в установленный законом срок обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, в том числе квартиры сына.

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, Управлению Росреестра по г. Москве о признании права собственности на 1/2 квартиры, обязании произвести государственную регистрацию перехода права собственности и исключении из наследственной массы указанной доли. Она указала, что действующее законодательство не предусматривает срок, в течение которого стороны договора обязаны обратиться в Росреестр с заявлением о государственной регистрации перехода права на основании заключенного договора. Тем более между датой заключения договора и датой смерти дарителя прошло непродолжительное время – один месяц. Нотариального удостоверения данная сделка не требовала, поскольку на момент совершения сделки отчуждаемое имущество находилось в единоличной собственности ФИО2.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых основании для признания права собственности на долю квартиры и государственной регистрации перехода права собственности, равно как и производного требования об исключении доли квартиры из наследственной массы, поскольку спорный договор дарения доли жилого помещения имеет простую письменную форму, между тем такой договор должен быть нотариально удостоверен, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ничтожность.

Апелляция оставила решение первой инстанции без изменений. При этом она признала довод жалобы о том, что договор дарения не подлежал нотариальному удостоверению, поскольку даритель являлся единственным собственником, неверным и основанным на неправильном толковании норм материального права. Суд указал, что правило ч. 1.1 ст. 42 Закона о государственной регистрации недвижимости о нотариальном удостоверении не подлежит применению, когда одаряемый становится единственным собственником объекта недвижимости, тогда как в данном случае предметом являлась 1/2 в праве. Кассация оставила решения нижестоящих судов без изменений.

Тогда ФИО1 обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ. Рассмотрев материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ напомнила, что на основании п. 3 ст. 163 ГК, если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с законом или соглашением сторон является обязательным, то несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность. Пунктом 2 данной статьи, в котором перечислены случаи, когда нотариальная форма необходима, предусмотрено, что требование о нотариальной форме может быть установлено, в частности, иным федеральным законом. В п. 1.1 ст. 42 Закона о государственной регистрации недвижимости содержится требование о нотариальной форме для сделок по отчуждению или договоров ипотеки в отношении долей в праве общей собственности на недвижимое имущество.

Верховный Суд указал, что наследодателем не осуществлялось отчуждение доли в праве общей собственности на недвижимое имущество, поскольку он являлся единственным собственником объекта недвижимости. Соответственно, общая долевая собственность на объект недвижимости на момент дарения указанной доли отсутствовала, ФИО2 являлся единственным собственником спорного жилого помещения. В связи с этим Верховный Суд отменил решения трех инстанций, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.